Главная Джакомо Мейербер Опера `Гугеноты` (1836)

Опера `Гугеноты` (1836),  (Мейербер)
Оригинальное название — Les Huguenots.

Опера в пяти действиях Джакомо Мейербера на либретто (по-французски) Огюстина Эжена Скриба, переработанное Эмилем Дешаном и самим композитором....Читать дальше
Оригинальное название — Les Huguenots.

Опера в пяти действиях Джакомо Мейербера на либретто (по-французски) Огюстина Эжена Скриба, переработанное Эмилем Дешаном и самим композитором.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

МАРГАРИТА ВАЛУА, сестра короля Франции Карла IX, невеста Генриха IV (сопрано)
УРБАН, ее паж (меццо-сопрано)
католические вельможи (3):
ГРАФ ДЕ СЕН-БРИ (баритон)
ГРАФ ДЕ НЕВЕР (баритон)
ГРАФ МОРЕВЕР (бас)
католики (4):
КОССЕ (тенор)
МЕРЮ (баритон)
ТОРЕ (баритон)
ТАВАН (тенор)
ВАЛЕНТИНА, доче де Сен-Бри (сопрано)
РАУЛЬ ДЕ НАНЖИ, гугенот (тенор)
МАРСЕЛЬ, слуга Рауля (бас)
БУА-РОЗЕ, солдат-гугенот (тенор)

Время действия: август 1572 года.
Место действия: Турень и Париж.
Первое исполнение: Париж, 29 февраля 1836 года.

Именно опера «Гугеноты» сделала Мейербера в 1836 году королем оперы не только в Париже, но практически всюду. У Мейербера было достаточно хулителей его таланта даже при жизни. Рихард Вагнер назвал либретто Мейербера «чудовищным попурри, исторически-романтической, священно-фривольной, таинственно-бронзовой, сентиментально-надувательской мешаниной» и даже после того, как Мейербер занял видное положение и его уже нельзя было так легко третировать, постоянно нападал на него со всяческой хулой (правда, один раз, совершив редкий для него честный поступок, он признал, что четвертое действие «Гугенотов» всегда глубоко его волновало). Вагнеру не приходило в голову, что его характеристика подобных либретто вполне приложима к его собственным либретто. При этом либретто самого Вагнера, какой бы резкой критике современников они ни подвергались, никогда не воспринимались настолько всерьез, чтобы испугать приверженцев иных политических взглядов и официальных цензоров. К «Гугенотам» же относились вполне серьезно, и постановщикам оперы во многих городах, где уважалась католическая вера, приходилось маскировать религиозный конфликт, о котором в опере идет речь. В Вене и Санкт-Петербурге опера шла под названием «Гвельфы и гибеллины», в Мюнхене и Флоренции — как «Англикане и пуритане», в последнем городе также как «Ренато ди Кронвальд».

Сегодня трудно принять псевдоисторию, поведанную Мейербером и Скрибом, всерьез, и — что более важно — музыкальные эффекты оперы, кажется, во многом утратили силу своего воздействия. Во Франции опера еще часто ставится. Но в Германии идет гораздо реже. Что касается Италии, Англии и Соединенных Штатов Америки, то здесь ее едва ли вообще можно услышать. Отдельные Номера из нее порой включаются в программы концертов, а также существуют в грамзаписи. Таким образом, кое-что из музыки оперы и в наше время на слуху, но кажется весьма сомнительным, что теперь могло бы состояться гала-представление в каком-либо крупном оперном театре США, для которого мог быть собран состав, подобный тому, что выступил в 1890 году в «Метрополитен-опера», когда цена билета поднялась до двух долларов. Программа этого «вечера семи звезд», как это значилось в анонсе, включала такие имена, как Нордика, Мельба, двое Де Решке, Планкон и Маурель. Еще в 1905 году в «Гугенотах» можно было услышать Карузо, Нордику, Зембрих, Скотти, Валькер, Джорнет и Планкон. Но эти дни прошли навсегда, и, возможно, «Гугеноты» вместе с ними.

УВЕРТЮРА

Увертюра состоит из ряда повторений («вариации» — это слишком сильное слово) с драматическим контрастом в динамике, тесситуре и оркестровке, лютеранского хорала «Ein feste Burg» («Могучий оплот»). Эта великолепная мелодия позже по ходу действия используется много раз для иллюстрирования драматических коллизий.

ДЕЙСТВИЕ I

Время, в которое происходит действие оперы, — это время кровавых войн во Франции между католиками и протестантами на почве религиозного фанатизма. Их череда прервалась тревожной паузой в 1572 году, когда Маргарита Валуа вышла замуж за Генриха Бурбонского, объединив таким образом ведущие католические и протестантские династии. Но резня, происшедшая в Варфоломеевскую ночь, положила конец надеждам гугенотов на их господство. Опера начинается с событий, происходивших незадолго до Варфоломеевской ночи.

Граф де Невер, дворянин-католик, один из лидеров молодых католиков-дворян, принимает гостей в своем родовом замке, расположенном в нескольких лье от Парижа, в Турени. Все веселятся. Невер единственный из присутствующих, кто обладает волевым характером, и он призывает присутствующих проявить терпимость к ожидаемому гостю, несмотря на то, что тот представитель партии гугенотов. Тем не менее, когда симпатичного, но явно провинциального вида Рауля де Нанжи представляют обществу, гости Невера отпускают не слишком любезные реплики по поводу его кальвинистского облика.

Начинается пиршество, и воодушевленный хор поет хвалу богу еды и вина. Следующий тост предлагается за возлюбленную каждого из присутствующих, но Невер признается, что, поскольку он собирается жениться, он должен отклонить этот тост: он находит это обстоятельство довольно стеснительным. Дамы, кажется, уговаривают его более горячо, прежде чем его доводы становятся известны зрителю. Тогда Рауля обязывают поведать его сердечную тайну. Он рассказывает о том, как однажды он защитил неизвестную красавицу от домогательств со стороны распутных студентов (подразумевается — католиков). Его ария («Plus blanche que la blanche hermine» — «Белее белого горностая») примечательна использованием забытого инструмента — виолы д’амур, который придает ей совершенно особый колорит. С тех пор сердце Рауля принадлежит этой незнакомке — романтический жест, который вызвал только снисходительные улыбки у его многоопытных слушателей из числа присутствующих на пире.

Слуге Рауля, Марселю, почтенному старому воину, совершенно не нравится, что его хозяин водит такие знакомства, и он старается предостеречь его от этого. Он храбро запевает лютеранский хорал «Могучий оплот» и гордо признается, что это именно он в сражении оставил шрам на лице одного из гостей, Коссе. Последний, будучи по природе своей человеком миролюбивым, приглашает старого солдата вместе выпить. Марсель же, этот непреклонный кальвинист, отказывается, но взамен предлагает нечто более интересное — «Песнь гугенота», страстную и мужественную антипапистскую военную песню, характерной особенностью которой являются повторяющиеся слоги «пиф-паф», обозначающие разрывы пуль, которыми протестанты сокрушают католиков.

Веселье прерывается, когда хозяина вызывают, чтобы вручить ему письмо от некой молодой дамы, явившейся в сад. Все уверены, что это очередная любовная интрига Невера, которые продолжаются, несмотря на то что уже состоялась его помолвка. Дама, как выясняется, прошла в молельню и ждет его там. Гостей охватывает непреодолимый соблазн подсмотреть и подслушать, что же там происходит. Рауль, вместе с другими став свидетелем встречи Невера с дамой, поражен, узнав в даме, пришедшей к Неверу, ту самую неизвестную красавицу, которой он дал обет любви. У него нет сомнений: эта дама — возлюбленная графа де Невера. Он клянется отомстить. Он не слушает Невера, когда тот, вернувшись после этой встречи, объясняет гостям, что его посетительница — ее зовут Валентина — это помолвленная с ним протеже принцессы, но теперь она пришла просить его о расторжении их помолвки. Невер, хотя и глубоко огорченный, скрепя сердце, дал на это согласие.

Веселье снова прерывается: на сей раз это другой посланец от другой дамы. Этот гонец — паж Урбан. Он еще столь юный, что его партия в опере поручена меццо-сопрано. В своей каватине («Une dame noble et sage» — «От одной прелестной дамы»), некогда очень популярной и вызывавшей восхищение слушателей, он сообщает, что у него послание от одной важной персоны. Оказывается, оно адресовано не Неверу, как все предположили, а Раулю, и в нем содержится просьба к Раулю прибыть туда, куда его вызывают, в дворцовой карете, причем непременно с завязанными глазами. Взглянув на конверт, Невер узнал печать Маргариты Валуа, сестры короля. Этот королевский знак уважения к молодому гугеноту вызывает почтение у собравшихся мелкопоместных дворян-католиков, и они тут же осыпают Рауля любезностями и льстивыми похвалами, заверяют его в своей дружбе и поздравляют с тем, что ему оказана столь высокая честь. Свой голос подает и Марсель, слуга Рауля. Он поет «Te Deum», а слова о том, что Самсон победил филистимлян, звучат как выражение его веры в победу гугенотов над католиками.

ДЕЙСТВИЕ II

В саду своего родового замка в Турени Маргарита Валуа ожидает Рауля де Нанжи. Фрейлины поют и славят прелести сельской жизни, это же делает и сама принцесса. Маргарита — это ясно из происходящей сцены — послала за Раулем, чтобы устроить брак этого видного протестанта с Валентиной, дочерью графа де Сен-Бри, одного из лидеров католиков. Этот союз католички с гугенотом скорее, чем брак девушки с каким-нибудь другим католиком, мог бы положить конец гражданским раздорам. И это она же, Маргарита Валуа, потребовала от Валентины, чтобы та добилась расторжения своей помолвки с графом де Невером, что Валентина охотно исполнила, поскольку влюблена в Рауля, своего недавнего защитника. И теперь, находясь у принцессы, Валентина, еще не зная, кого ей в супруги сулит Маргарита, выражает свое нежелание быть ничего не значащей пешкой в этой политической борьбе, а ведь уже долгое время таков удел девушек из аристократических семейств.

Во дворец прибыл паж Урбан. Он в радостном волнении, поскольку сопровождает красивого кавалера, к тому же все так необычно: гость идет с завязанными глазами. Паж этот, напоминающий Керубино, влюблен одновременно в Валентину и в Маргариту и, можно сказать, вообще во весь женский род. Но все в нем несколько грубее, чем в Керубино, — грубее в такой же степени, в какой мейерберовская музыка грубее моцартовской. Впечатление, которое Урбан производит на женщин, отражается в его выходках Пипинг Тома (англ. «Peeping Tom» — «чересчур любопытный человек»): он подглядывает за девушками, столь соблазнительно купающимися в сцене на заднем плане и столь дразняще демонстрирующими свои прелести зрителям и при этом поющими хор.

И вот по знаку принцессы приводят Рауля с завязанными глазами. Его оставляют наедине с Маргаритой. Теперь только ему позволяется снять платок с глаз. Его взору предстает женщина необычайной красоты. Он не знает, что это принцесса. Красота знатной дамы побуждает его дать торжественную клятву верно служить ей. Маргарита со своей стороны уверяет его, что непременно будет случай воспользоваться его услугами.

Только когда возвращается Урбан, чтобы объявить, что весь двор собирается прибыть, Раулю становится ясно, кому он дал клятву верно служить. И когда принцесса говорит ему, что услуга Рауля должна состоять в том, чтобы он женился на дочери графа Сен-Бри по политическим соображениям, он с готовностью соглашается, несмотря даже на то, что никогда прежде не видел этой девушки. Под мелодию менуэта входят придворные; они становятся по обе стороны сцены — католики и гугеноты, с Невером и Сен-Бри, возглавляющими католиков. Принцессе приносят несколько писем; она их читает. Именем короля Карла IX она требует, чтобы католики не отлучались из Парижа, поскольку они должны участвовать в осуществлении некоего важного (но не поясненного) плана. Прежде чем удалиться, принцесса настаивает, чтобы обе партии принесли клятву в сохранении мира между ними. Католики и протестанты клянутся. Хор католиков и гугенотов («И мечом боевым») — наиболее впечатляющий в этом действии.

Граф де Сен-Бри приводит свою дочь Валентину, на которой, как предполагается, должен жениться Рауль. С ужасом узнав в ней ту даму, которую он видел у Невера во время их пиршества в его замке, и по-прежнему считая ее возлюбленной Невера, Рауль категорически заявляет, что никогда на ней не женится. Сен-Бри и Невер (который, как мы помним, отказался от помолвки) оскорблены; католики и протестанты обнажают свои шпаги. Крови удается избежать только благодаря вмешательству принцессы, которая напоминает, что джентльменам надлежит срочно отправляться в Париж. В величественном финале, в котором страсти скорее разгораются, чем затухают, Рауль решительно намеревается ехать в Париж. Валентина от всего услышанного и увиденного теряет сознание. Разъяренный де Сен-Бри во всеуслышание клянется отомстить презренному еретику. Марсель поет свой хорал «Могучий оплот».

ДЕЙСТВИЕ III

Если вы сегодня посетите район Парижа Пре-о-Клер, вы найдете его основательно застроенным, с бульваром Сен-Жермен в качестве главной многолюдной улицы. Однако в XVI веке здесь еще было большое поле, на краю которого стояла церковь и несколько таверн. Именно здесь веселым хором горожан, радующихся выходному дню, начинается третье действие. Группа гугенотов также исполняет эффектный номер — хор, подражающий звучанию барабанов. В нем они презрительно отзываются о католиках и возносят хвалу своему знаменитому лидеру, адмиралу Колиньи. Далее следует третий хоровой номер — хор монахинь, поющих «Ave Maria», который предшествует процессии, направляющейся в церковь. Рауль, как мы знаем, отрекся от Валентины, и теперь она снова обручена с Невером; они готовятся к свадьбе. Когда процессия, включающая невесту, жениха и отца невесты, проходит в церковь, протиснувшийся сквозь толпу Марсель довольно бесцеремонно обращается к графу де Сен-Бри, отцу невесты; столкновения удается избежать лишь благодаря сумятице, которая произошла из-за выступления группы цыган, развлекающих своими песнями горожан и солдат-гугенотов.

Наконец все свадебные обряды совершены, и гости покидают церковь, оставляя молодоженов одних, чтобы они могли помолиться. Марсель пользуется возможностью передать свое послание графу де Сен-Бри, в котором содержится вызов на дуэль от Рауля. Друг Сен-Бри, Моревер, высказывает мысль, что есть другие способы расправиться с Раулем, нежели опасная дуэль, и самый верный — удар кинжала, то есть убийство. Они удаляются в церковь, чтобы обсудить план, как его совершить.

После того как сигнал, оповещающий о наступлении комендантского часа, рассеял толпу, заговорщики выходят из церкви, обсуждая последние детали своего вероломного плана. Мгновение спустя в смятении вбегает Валентина: молясь в отдаленном углу часовни, она услышала все, о чем говорили эти католики. Валентина по-прежнему любит человека, который отверг ее, и желает предупредить его о нависшей над ним опасности. По счастью, поблизости оказался Марсель, слуга Рауля, и она обращается к нему, чтобы он предупредил своего хозяина об опасности. Но Марсель говорит, что слишком поздно: Рауля уже нет дома, он должен был уехать в Париж. После их длинного дуэта Валентина вновь возвращается в церковь. Тем временем Марсель полон решимости защитить своего господина и клянется, что, если понадобится, он умрет вместе с ним.

Марселю недолго приходится ждать. Главные действующие лица приходят (каждый приводит с собой двух секундантов), и в звучащем теперь как концертный номер ансамбле все клянутся твердо придерживаться правил чести в предстоящей дуэли. Однако Марсель знает, что Моревер и другие католики ожидают поблизости подходящего момента, чтобы вероломно ввязаться в дуэль, и он громко стучит в дверь ближайшей таверны, крича при этом: «Колиньи!» На его крик сбегаются солдаты-гугеноты. С другой стороны на крик отзываются и студенты-католики, собирается много женщин. Вспыхивает побоище, в него вовлекается все больше народу, льется кровь.

К счастью, в это время здесь проезжает Маргарита Валуа, и ей вновь удается предотвратить еще большую резню. Она возвещает обеим сторонам, что они нарушили данную клятву. Марсель сообщает ей, что о вероломном нападении людей Сен-Бри он узнал от женщины, лицо которой закрыто вуалью. И когда Валентина выходит из церкви и Сен-Бри снимает с нее вуаль, все замирают пораженные: Сен-Бри — от того, что его дочь предала его, Рауль — что именно эта девушка сослужила ему такую службу и спасла его. Он снова в нее влюблен.

Ну, а что же наш жених, Невер? Его предполагаемый тесть, граф де Сен-Бри, тщательно скрывал от него свой коварный план, и вот он, Невер, всегда улыбающийся и ничего не подозревающий, приплывает по Сене на празднично украшенном корабле, чтобы заявить права на свою невесту. Бракосочетание — это всегда повод для излияния людьми (или, по крайней мере, оперными хорами) более миролюбивых чувств, и сцена, таким образом, завершается общим весельем народа, включая тех самых цыган, которые теперь вернулись, прослышав о предстоящих брачных торжествах и надеясь на вознаграждение за свои песни. Солдаты-гугеноты отказываются принимать участье в веселье; они выражают свое недовольство. Но кто по-настоящему в трауре, так это ведущие сопрано и тенор: у Валентины разбито сердце из-за необходимости выйти замуж за ненавистного ей человека, в то время как Рауль обуреваем бешенством от одной мысли о том, что его возлюбленная уходит к его сопернику. Все эти самые разнообразные эмоции дают великолепный материал для финала этого действия.

ДЕЙСТВИЕ IV

24 августа 1572 года, канун Варфоломеевской ночи — ночи страшной резни. Валентина в доме своего нового мужа в одиночестве предается тягостным раздумьям о своей потерянной любви. Раздается стук в дверь — и в будуаре показывается Рауль. Рискуя жизнью, он пробрался в замок, чтобы в последний раз увидеть любимую, сказать ей последнее «Прощай!» и, если потребуется, умереть. Валентина в смятении: она говорит Раулю, что Невер и Сен-Бри могут явиться сюда в любой момент. Рауль скрывается за портьерой.

Собираются католики. От графа де Сен-Бри они узнают, что Екатерина Медичи, королева мать, отдала приказ о всеобщем истреблении протестантов. Оно должно произойти этой же ночью. Это будет наиболее удобный момент, поскольку предводители гугенотов соберутся сегодня вечером в Отеле де Несле, чтобы отпраздновать бракосочетание Маргариты Валуа и Генриха IV Наваррского. Невер, один из редких благородных баритонов в истории оперы, отклоняет предложение участвовать в таком позорном деле; он жестом, полным драматизма, ломает свою шпагу. Сен-Бри, полагая, что Невер может выдать их план, приказал взять его под стражу. Невера уводят. Следует вторая впечатляющая сцена клятвы, озаглавленная как «Благословение шпаг». В результате граф де Сен-Бри раздает своим приверженцам белые шарфы, которые внесли в зал три монаха, чтобы повязавших их католиков во время предстоящей бойни можно было отличить от протестантов.

Свидетелем всего этого, однако, был Рауль. Он слышал, как Сен-Бри отдавал детальные распоряжения о том, кто какие позиции должен занять с первым ударом колокола церкви Сен-Жермен, и о том, что со вторым ударом должна начаться резня. Как только все разошлись, Рауль стремительно выскакивает из своего укрытия, чтобы бежать к своим, но все двери оказываются запертыми. Валентина выбегает из своей комнаты. Звучит их длинный дуэт, взволновавший в свое время даже самого Рихарда Вагнера. Рауль стремится как можно скорее предупредить своих друзей-протестантов. Напрасны мольбы Валентины, которая в ужасе от мысли, что Рауль будет убит; напрасны слезы, упреки, признания. Но когда она говорит ему о своей любви, он тронут и просит ее бежать с ним. Но вот звучит колокол. С его ударом в Рауле вспыхивает чувство долга, его внутреннему взору открывается ужасная картина предстоящей резни. Когда же колокол звучит второй раз, он подводит Валентину к окну, откуда ей открывается душераздирающее зрелище, разворачивающееся на улицах. Рауль выпрыгивает в окно. Валентина падает без чувств.

ДЕЙСТВИЕ V

«Гугеноты» очень длинная опера, и во многих ее постановках три последние сцены попросту опускаются. Они, однако, необходимы, чтобы завершить сюжетные линии этой истории. К тому же они заключают в себе несколько чудесных музыкальных эпизодов.

Сцена 1. Именитые гугеноты празднуют — кстати, с участием балета — бракосочетание Маргариты и Генриха в Отеле де Несле. Рауль, уже раненый, прерывает веселье ужасными новостями о том, что творится на улицах Парижа: протестантские церкви объяты пламенем, адмирал Колиньи убит. После возбужденного хора собравшиеся обнажают свои шпаги и устремляются за Раулем на улицы, чтобы участвовать в битве.

Сцена 2. В одной из протестантских церквей, окруженной католиками, вновь соединились Рауль, Валентина и Марсель; последний тяжело ранен. Рауль горит желанием вернуться на улицы, чтобы участвовать в сражении. Валентина убеждает его позаботиться о собственном спасении. У него есть такая возможность: если он повяжет себе белый шарф и отправится с нею в Лувр, он найдет там заступничество Маргариты Валуа, теперь королевы. Но поскольку это равносильно тому, чтобы стать католиком, Рауль отказывается это сделать. Даже известие о том, что благородный Невер, пытаясь предотвратить кровопролитие, пал от рук своих же единоверцев и что теперь Рауль может жениться на Валентине, не убеждает его спасти свою жизнь, поступившись принципами. В конце концов Валентина заявляет, что ее любовь к нему столь велика, что она отказывается от своей католической веры. Влюбленные преклоняют колени перед Марселем, моля его благословить их союз. Марсель благословляет брак католички и протестанта. Из церкви доносится пение хора, поющего — на сей раз тоже — «Могучий оплот».

Звучание хора грубо прерывается яростными ликующими криками католиков, вламывающихся в церковь. Три главных персонажа стоят на коленях в молитве. Звучит их терцет. Марсель выразительно описывает видение рая, которое открылось его внутреннему взору. Гугеноты отказываются отречься от своей веры; они продолжают петь свой хорал. Тогда солдаты-католики выволакивают их на улицу.

Сцена 3. Каким-то чудом Валентине, Раулю и Марселю удается ускользнуть от преследователей, и среди других мужественно сражающихся воинов-протестантов Валентина и Марсель помогают смертельно раненому Раулю; они пробираются по одной из набережных Парижа. Из темноты появляется Сен-Бри во главе военного отряда. Повелительным голосом он спрашивает, кто они. Несмотря на все отчаянные попытки Валентины заставить Рауля хранить молчание, тот гордо выкрикивает: «Гугеноты!». Сен-Бри отдает приказ своим солдатам стрелять. Раздается залп. Подойдя к убитым, граф с ужасом обнаруживает, что одна из жертв — его собственная дочь. Но слишком поздно: с последним вздохом она произносит молитву за отца и умирает.

Вновь случается так, что Маргарита Валуа проезжает этими же местами. Она объята ужасом, видя перед собой три трупа и узнав тела. На сей раз ее усилия сохранить мир оказались тщетными. Занавес опускается, а солдаты-католики по-прежнему клянутся уничтожить всех протестантов.

Генри У. Саймон (в переводе А. Майкапара)

Х Свернуть

Выводить записи: по популярности | по рейтингу исполнителя | по алфавиту | сначала аудио | сначала видео

Joan Sutherland - Marguerite De Valois, Anastasios Vrenios - Raoul De Nangis, Gabriel Bacquier - Saint-Bris, Martina Arroyo - Valentine, Huguette Tourangeau - Urbain, Nicola Ghiusilev - Marcel. 1970 г.
Добавил: RUBINstein , 01.03.2012 18:44            (1)  


Franco Corelli - Raoul, Joan Sutherland - Margarita, Nicolai Ghiaurov - Marcello, Giulietta Simionato - Valentina, Fiorenza Cossotto - Urbano, Giorgio Tozzi - San Bris, Wladimiro Ganzarolli - Nevers, Manuel Spatafora - De Cosse, Piero de Palma - Tavannes, Alfredo Giacomotti - Meru, Antonio Cassinelli - De Retz, Silvio Maionica - Maurevert, Walter Gullino - Bois-Rosé. Live performance, Milan, June 7, 1962.
Добавил: Osobnyak , 21.02.2017 17:56            (0)  


Raoul - Richard Leech, Marcel - Nicola Ghiuselev, Valentine - Françoise Pollet, Marguerite - Ghislaine Raphanel, Urbain - Danielle Borst, Nevers - Gilles Cachemaille, Saint-Bris - Boris Martinovich. Orchestre Philharmonique de Montpellier. 1987 г.
Добавил: Osobnyak , 25.04.2016 02:47            (0)  


Последние комментарии

naumow2a
  Почему Мейербера мало ставят-ведь он был сполпом оперы в своё время?на него и ходили-что
там Вагнер и Верди-два `неудачника`.
 
 

 
 
     
Правообладателям | По всем вопросам пишите на classic-online@bk.ru